Маленькие миры большой ярмарки

Каждый год в начале июля старый монастырский мост на несколько дней открывает портал в другое измерение. Стоит только перейти по нему на противоположный берег старицы, бывшего русла реки с зеленой водой и болотной растительностью, как окажешься в сказочной стране под названием Ярмарка – многоцветной и многоголосой. В пронзительно голубом небе трепещут на ветру яркие флажки, звуки песен перекликаются с трелью глиняных свистулек, смешиваются с ревом мотоциклов, гудением толпы и разносятся по лугу. Всюду расставлены палатки. В одних продают еду и напитки, в других - одежду, в третьих - украшения, игрушки… А ведь каждая палатка – это не просто « торговая точка», это маленький мир, уникальный и самобытный. Каждый участник ярмарки вплетает в полотно праздника свой неповторимый узор, и оно становится ярким, красочным, манящим. Вот палатка, похожая на избу хлебосольных хозяев. Столы ломятся от изобилия даров природы: сушеные белые грибы в полотняном мешочке, вяленая клюква, крупные куски березовой чаги, тяжелые кедровые шишки. Над головой развешаны пучки сухих трав. Их аромат смешивается с ароматом специй, и хочется долго стоять, вдыхая этот пряный запах и рассматривая богатства, подаренные матушкой-природой. За прилавком хозяин - колоритный кряжистый мужик с повязкой на лбу, которая делает его похожим на кузнеца из русских сказок. - Откуда вы к нам приехали? - Из Волгограда… В соседнем шатре восседает на складном стульчике дородная дама в кокошнике, перед ней россыпи браслетов. Те, что дороже, - из натуральных камней, а те, что дешевле, - из обыкновенных стекляшек. Яркие веера, резинки и украшения для волос – девочки-покупательницы в восторге. Дама, не отходя от прилавка, плетет очередной браслет, на соседнем стуле мужчина, по всей видимости, ее муж, что-то читает, а на траве у ног спит огромный пес. И такое спокойствие и умиротворение видится во всем этом. Наверное, так семья проводит долгие зимние вечера, чтобы с приходом лета погрузить в машину свои немудреные драгоценности, верного пса и отправиться в путь-дорогу, на Тихвинскую ярмарку. «Пятнадцать-двадцать минут у меня уходит на то, чтобы связать одну игрушку, - рассказывает девушка, заваленная милыми котиками-брелоками. - Это если я смотрю сериал, который уже видела, а если фильм новый, то работа затягивается - постоянно отвлекаюсь на сюжет». Смеется. «За зиму я их несколько тысяч вяжу». В подтверждение ее слов пушистый кот подмигивает зеленым глазом… Вечереет. Стелется по низине сизый дымок от мангалов, щекочет ноздри, зовет к палаткам с едой. Здесь в огромных казанах томится рассыпчатый узбекский плов, на огне готовится чувашский суп шурпе, шкворчат и брызжут жиром шашлыки, разложенные над углями. Пока сидишь за столом и с аппетитом вгрызаешься в ароматное мясо, в пахнущие дымом водянистые кабачки, невольно наблюдаешь за чужой жизнью. Черноглазые смуглые мужчины феном для волос раздувают уголь, говорливая женщина режет на доске помидоры, подросток хватает сочные ломтики прямо из-под ножа и отправляет в рот. Все хлопочут, переговариваются. Малыши путаются под ногами, требуя внимания, и смеются, когда взрослые начинают с ними играть. Шумно, суетно, по-домашнему - как будто в гостях у дружной семьи, готовящейся к праздничному застолью… А на сцене веселье. Татарский танец сменяет чувашскую песню, он такой ритмичный, что ноги сами идут в пляс. Мелькают разноцветные костюмы, топают башмачки, звенят украшения. Чеканят лезгинку храбрые джигиты, плавно несут свои тела индианки, а вот повеяло духом Севера – под звуки шаманского бубна полетели по дощатому настилу быстроногие олени, забили крыльями гагары… Испокон веков собираются на ярмарке люди из разных городов и стран. Каждый привозит на этот праздник то, чем богат. Адыгейские сыры соседствуют с таежным медом, восточные сладости и специи - с тайским мороженым, чувашские украшения- с корейской косметикой. Кто-то кормит, кто-то одевает, кто-то развлекает. Все на своем месте. Все нужны. Нет чужих и лишних. Пестро, красочно, сытно, весело. И в этом вся ярмарка. В этом вся Россия. Настоящая Россия.